Пожалуй, она получилась нарядная и ее интересно разглядывать.
После долгого сидения перед чистым листом бумаги сказал себе: «Ну, давай же! Дальше будет видно». Так и получилось. Все стало само выстраиваться. Получились колонны – вертикали. Сказал им: «Шевелитесь!» - Зашевелились.
Нагромождение красивых форм, составленных из изображений людей сталкивающихся, повисающих друг над другом, друг с другом, громоздящихся, как виноград. Словом, суета.
Выполнено черной чешской тушью и золотой акриловой пастой, обе краски в виде капиллярных ручек.
Эта работа рождена экспериментом, большой экспрессией. Вылив воду на бумагу, приклеенную
к планшету, отложив подальше кисти, я высыпал на воду баночки с акварельной краской и, прикрыв их рукой, стал их возить по мокрой бумаге. Самонадеянный, я вторгался в неизвестное, чувствовал себя наглецом. Мне казалось, что я воюю с собой, делаю назло себе. Что же получилось?
Краски мгновенно окрашивали воду и бумагу, причем неожиданно ярко и провокационно. Это было вторжение, вопль, брань. Дальше надо было говорить этим же языком и вести дело к задуманной цели. Не сдаваться, но и не браниться.
Исполнению предшествует замысел, так должно быть, так и бывает, если в ходе работы немного изменений. Но случается, что на листе (или холсте) появляется настолько симпатичная «неведома зверушка», что авторское название дается уже после рождения.
Две для меня ценные вещи соединила в себе «зверушка»: свежесть замысла и изящество исполнения.
Акварель дает автору возможность свободно переживать собственную эмоциональную жизнь. Начинаем с красочного пятна. Все несется: краска течет, краска высыхает, краска опять течет.
Все происходит очень быстро. Когда акварель
устает бегать от меня, можно приступать
к пунктуальной отделке.
Когда под рукой только бумага и немецкий капиллярный изограф, то получается такой лист, с большим количеством разных подробностей.Не передать, как приятно придумывать на ходу существа, тонущие в буйной растительности- собачек, людей, детей. Если сделать слишком большой перерыв в работе, то дальше дело не пойдет, поэтому надо сесть за работу утром и встать вечером. Так и было.
В этой работе мне хотелось сделать коллаж, и это получилось, поэтому легко можно увидеть кальку. Можно рисовать на кальке, а можно под калькой. Работу можно повесить и вверх ногами, это предусмотрено.
Мне представляется, что каждый художник рано или поздно ищет возможности быть не таким, как всегда, как привычно.
Акварель, вода, бумага. Все происходит очень быстро. Важна самонадеянная готовность к мгновенному изменению маршрута, ведь из-за обилия воды краска ведет себя очень своевольно. Самолет летит туда, куда хочет, ситуация мгновенно изменяется, но это хорошо. Автор крепко держит руль и постоянно делает полет гармоничным, он формирует гармонию.
В акварели все решает не столько краска, сколько вода. Она создает ощущение быстротечности, непосредственности. Здесь и скрыт главный момент, как говорят немцы, schwerpunkt – центр тяжести, суть.
Эта небольшая работа не вписывается в серии, родилась случайно, никаких задач не ставилось. но получилось выразить что –то глубоко спрятанное. Так иногда бывает, случайно приготовленное оказывается вкуснее того, что по рецепту.
Есть идеи, которые можно выразить только в акварели: она и слезы, она и обновление, она и нежность, память и любовь.
Когда начинается работа с акварелью, когда самолет заправлен и готовится к полету, а суть работы с акварелью ни с чем кроме полета сравнить нельзя, то надо мгновенно реагировать на события, происходящие на бумаге. В мире акварели нет защиты, опоры, а только быстротекучесть и быстролетность. Успел вскочить в пролетающий самолет – молодец, не успел, сам виноват.
Вода в акварели диктует свои магические свойства. Демонстрация цвета охраняется полицейским. Это я. Цвету обещано двигаться свободно, но не устраивать беспорядки. Слегка подправляем, если что.
Этот лист кажется одновременно нарядным, и экспрессивным.
Абстрактная форма рассказа, который прослеживается в горизонтальных рядах этого экспрессивного «послания», позволяет изображаемому быть стихийным и свободным.
В пространстве памяти есть уголки, где таятся воспоминания, которые неизменны или подвержены небольшим изменениям. Художник, как рыболов с удочкой, вынимает одно воспоминание за другим, зачастую удивляет, какой вид оно приняло по прошествии времени.
60х80см., б., см.техн., 2023г.
60х80см., б., см.техн., 2023г.
140х100см., б, калька, акв., 2017г.
52х72см., б., см.техн., 1993г.
56х76см., б., см.техн., 1997г.
47х69см., б., тушь, 2004г.
49х35см., б., см.техн., 2014г.
65х77см., б., см.техн., 1996г.
50х71см., б., тушь, акв., 1999г.
48х51см., б., см.техн., 2022г.
140х100см., б., акв., калька. 2018г.
140х100см., б., калька, акв., 2017г.
90х100см., б., см.техн., 2016г.
57х77см., б., см.техн., 1996г.
